igor_zadorin

Category:

Массмедиа как институт социальной дезинтеграции

Реплика в рамках Экспертной дискуссии ВЦИОМ «УСЛОЖНЕНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ ОБЩЕСТВА. ВЫЗОВЫ ДЛЯ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ» (X Гайдаровский форум, 17 января 2019 года).
https://wciom.ru/index.php?id=237&uid=9515

Ведущий: Спасибо. Игорь Вениаминович, у вас реплика была, да? 

Задорин И.В.: Две.

Ведущий: Давайте. И после этого вопросы.

Задорин И.В.: Иосиф Евгеньевич [Дискин] фактически сделал обобщающие выводы, и в этом смысле моя реплика – это, скорее, иллюстрация к его выводам, связанным, прежде всего, с вопросом о социальной интеграции. Действительно, социологи злоупотребляют порой такими выражениями как «россияне думают о том-то», «россияне предпочитают то-то», «россияне хотят перемен». Вообще говоря, уже нет «россиян» в целом, и мы не можем говорить практически по очень многим вопросам о «россиянах в целом». В этих условных «россиянах» объединяются очень разные сущности, и понятно, что это не связано только с растущим разнообразием социальной структуры. Социальное пространство за последние годы не сильно обогатилось. Количество различных социальных позиций, которые могут занимать наши граждане, не сильно умножилось. Но что изменилось? Изменились возможности видеть разные картинки мира, и вот здесь усилилось, скажем так, стилевое разнообразие и разнообразие социальных норм, которые в каждой отдельной социальной группе могут считаться за нормы, а в других – за девиацию. Во многом это связано как раз с диверсификацией не социальной структуры, а медиапространства, которое в настоящее время расщепляет общество, а не объединяет его. Раньше оно действительно работало как институт социальной интеграции, потому что медиа задавали единые общие универсальные нормы. Даже если человек не был близок к этим нормам, он их, по крайней мере, знал – «вот это норма в обществе, так считают многие, и это правильно». В настоящее же время медиа сильно фрагментировали общество по отдельным нормативным стилям, и более того, создали такие стилевые ниши, в которых человек прибывает довольно комфортно и автономно. Перестали существовать универсальные медиа. Ранее телевизор транслировал те самые универсальные нормы, которые обеспечивали единство страны, ценностное единство общества. Сейчас уже не так. Интернет демонстрирует и транслирует высочайшую дифференциацию предлагаемых ценностных позиций и предлагаемых «картин мира». При этом, заметим, существует очень серьезная дифференциация по потреблению разного рода каналов. В соцсетях сидят 96% молодежи до 24 лет и только 21% старшего поколения, и это закрепляет принципиально разные картинки мира у этих групп. Точно такое же различие раньше было по проникновению интернета в городах и в сельских населенных пунктах. Сейчас, вроде бы, доступ в Интернет выровнялся, но сохраняется принципиально разное потребление именно соцсетей, где складываются те самые связи и локализуются нормы и стили поведения. Так вот, собственно, мой тезис и моя реплика заключаются в том, что медиа-механизмы и сегодняшнее медиа-пространство работают на очень серьезную фрагментацию общества, связанную не с реальными социальными позициями, а с разными картинками мира, с которыми живут наши граждане. И это не менее важный фактор «усложнения общества», о котором тут говорилось, чем усложнение социальной структуры. 

Второе. Вот было сказано «россияне хотят перемен», значит, 52% респондентов так заявили. Но когда мы начинаем анализировать эти 52%, выясняется, что они разные перемены хотят, в некоторых случаях прямо противоположные. Поэтому этот народный запрос невозможно политически монополизировать. И еще о страхах, якобы общих. Мы сейчас как раз получили данные опроса о том, чего боятся россияне. Там большой набор страхов, угроз самых разных, и если просто смотреть на проценты, то все эти страхи набрали от 45 до 65 процентов респондентов, то есть внешне почти равномерно распределились. Но как только начинаешь смотреть внимательнее, а кто воспринимает эти угрозы как актуальные, то получается, что для разных людей и угрозы разные. Люди живут в разных пространствах страхов. И эти разные пространства страхов формируются так же в зависимости от того, что граждане видят, воспринимают, слушают и читают. 

И теперь я фактически заканчиваю тезисом Иосифа Евгеньевича [Дискина]. С этими явлениями повышенного разнообразия картин мира и норм социального поведения связана большая проблема. Возникает потребность в создании новых механизмов социальной интеграции взамен медиа, которые раньше были такими механизмами. И взамен системы образования, которая тоже была когда-то системой социальной интеграции, тоже задавала нормы, а сейчас их не задает, а, наоборот, дифференцирует. Спасибо.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened